ДРЕВНИЕ ВЕКА. Златоделие относится к наиболее выдающимся профессиям художественного ремесла. Обработка золота уходит вглубь времен, развиваясь, по понятным причинам, прежде всего в тех местах, где в большом количестве встречалось чистое золото. В силу своей редкости, красоты, сопротивляемости воздействиям природной среды и легкости обработки золото во все времена пользовалось наибольшим спросом, являясь одновременно мерой всякого иного предмета. Поэтому часто к великому несчастью для искусства и истории большая часть изделий из золота переплавлялась и использовалась для новых целей.
Древнейшие сохранившиеся изделия происходят из доисторических захоронений. Это украшения из тонкого листового золота с простым геометрическим тисненым орнаментом. Древние народы Азии и древние египтяне были подлинными мастерами обработки золота. Они предпочитали разгонять его в тонкие пластиночки, вырезали из этих пластинок орнамент и украшали им всевозможные предметы, и прежде всего, оружие, сосуды, одежду, мебель, даже целые стены. Свидетельства этого хранятся в египетских музеях Каира и Александрии. Этот стиль, названный Земпером стилем золотого листа, господствовал в доисторические времена, в эпоху Древнего Востока, в греческой античности, равно как в Мексике и Перу, запечатлевшись также в характере многих средневековых изделий. Греки скоро овладели методами работы халдейских и египетских мастеров. Их продукция была по большей части чеканной и тисненной. В Греции к этому присоединилось еще канфа-рение и гравирование. Техника обработки золота достигла здесь большого совершенства. Множество доказательств этого мы встречаем в литературе, архитектуре и росписях гробниц, У греков технику золотого дела переняли этруски и римляне, причем ее размах и великолепие достигают высшей точки в конце республики и в период империи (Помпей устроил пиршество на тысячу персон с использованием сервиза из золота, Нерон повелел выстроить «золотой дом»). Находки греко-римской эпохи представлены во многих музеях. Изделия ран-неготического периода в большой мере испытали влияние Востока, вроде, например, кованой золотой чаши из Вафио в Афинском музее или скифских сокровищ из царских курганов в Крыму (VI—V в. до н. э.) в собрании ленинградского Эрмитажа. Общее представление об античном золотом деле, применительно к легче формуемому серебру, дают Гильдесгеймские
сокровища, и прежде всего столовый сервиз ранней эпохи Августа (I в. н. э.), сокровища из Боскореаля (приблизительно того же периода, ныне в Лувре) или Бернейский клад из Нормандии (II-III в. н. э., ныне в Парижской библиотеке). С гальванопластическими копиями этих находок, изготовленными в XIX веке, сегодня можно ознакомиться почти во всех художественных музеях. С распадом Римской империи и в эпоху переселения народов приходят в упадок все искусства, и прежде всего златоделие. Центр тяжести перемещается с Запада на Восток. Византийская империя становится самым значительным художественным центром. Под влиянием чисто восточной страсти к роскоши использование золота для различных изделий и облачений возросло. Из сохранившихся документов известно, что, например, собор Софии в Константинополе целиком был украшен золотом, а в распоряжении императорского двора находилось большое количество тяжелых золотых сосудов. К сожалению, турецкое владычество уничтожило все изделия из благородных металлов на территории византийской империи, уцелели только работы, оказавшиеся в Европе. В то время как в греческой и римской продукции преобладает пластический элемент, в Византии восточная любовь к цветности проявилась в изделиях, украшенных цветной эмалью, камнями и филигранью. В Европе после распада Римской империи традиции златоделия продолжали жить в галльских и германских колониях, равно как во Фландрии и Англии. Важнейшие сохранившиеся произведения той поры золотой клад из Петроссы в Румынии, приписываемый готскому королю Атанариху (IV в., ныне в Бухаресте), золотой клад из Наги-Сцент Миклоша (V—VI в., ныне в Венской сокровищнице) и вотивная корона испанских вестготских королей 631-го и 677 годов (Музей Клюни, Париж). Готы и франки позаимствовали злато-дельные техники с Востока. Франкской работы меч короля Хильдериха и чаша св. Эли-гиуса, епископа и златокузнеца меровингского короля Дагоберта I, позднее провозглашенного покровителем златокузнецов. Находящиеся ныне в Аахене произведения времен Карла Великого происходят из Италии. Самое раннее датированное произведение немецких златокузнецов чаша Тассило 780 года в Кремском монастыре. Она позолочена и украшена чернью.
СРЕДНИЕ ВЕКА. Культовое златоделие.
Новый взлет европейского златоделия при-ходится приблизительно на 1000 год, на отто-новское время.
Германия.
Центр тяжести приходился здесь на монастырские мастерские, которые в ту пору соперничали друг с другом в том, что касалось технического и художественного уровня литургических предметов, причем появляются и имена соответствующих художников и цеховых старшин. Такой была монастырская мастерская св. Михаила в Гильдес-гейме, которую возглавлял епископ Бернвард; он обучался в итальянских школах и в совершенстве знал изделия из благородных металлов. Оклад евангелия, называемого его именем, подкупает сочетанием филиграни и слоновой кости и является, как и Гильдесгейм-ский крест для процессий, шедевром этой школы.
Другая значительная немецкая мастерская златокузнецов находилась в Трире. Ее основателем был архиепископ Эгберт, и она прославилась благодаря Эгбертову кресту в Маастрихте, реликварию со стопою св. Андрея в Трире и окладу Эхтернахского кодекса. В Аахене в это время появился крест Лотара, украшенный филигранью и античной камеей, престол в пределле Оттона III и, прежде всего, знаменитая кафедра Аахенского Октогона. Одной из самых значительных была монастырская мастерская св. Эммерама в Регенсбурге, из которой происходят створки ковчега в Бамберге, Базельский антепендиум (ныне в Музее Клюни в Париже), крышки оклада евангелия аббатиссы Уты (Мюнхен) и т. д. Эссенская мастерская, из которой вышел художник Рогер фон Хельмерсхаузен, и мастерская во Фрицларе также содействовали славе немецкого златоделия эпохи раннего средневековья. Все эти произведения отличаются чистотой материала, изяществом работы, драгоценностью ювелирной отделки посредством каменьев и камей. В XII веке в новообразованных городах место монастырских мастерских заступают светские, и прежде всего в Лотарингии. Здесь церковновизантийская традиция соединяется с местным вкусом. Чистота антикизирующей до той поры орнаментики становится схематичной, наряду с дорогими материалами стали использовать также медь и бронзу. Главным средством украшения делается эмаль, в основном выемчатая, которая была пестрее, но и дешевле, чем византийская перегородчатая эмаль. Главным центром златоделия становится Маасталь. Из этой местности вышли несколько выдающихся златокузнецов: Рейнер фон Гюи, Годфруа де Клер и др. Де Клэр создал, например, реликварий Александра в Брюсселе, ларец Гериберта в Дейце и крест св. Омера. Николаусу фон Вердену принадлежит украшенный эмалью клостер-нейбургский алтарь 1181 года. Великолепным произведением того времени является ларчик,св. Трех Королей в Кёльне. Другие выдающиеся мастера той поры Гуго фон Уаньи, который работал в монастыре Уаньи в Намю-ре, и Эйльберт в Кёльне, автор переносного алтаря из сокровищницы Вельфов.
Франция.
Здесь достижения раннесредневе-кового златоделия концентрировались в мастерской в Реймсе, где по образцу античных сосудов создавались романские формы, между тем как в выемчатой эмали первенствовали лиможские мастерские, которые прославили родной город изготовлением около 1200 года тумбообразных реликвариев и крестов для процессий.Заслуга Карла IV заключалась в том, что наряду с немецкими и французскими мастерскими в XIV веке выдвигаются на передний план мастерские и пражских златокузнецов, которые уже в 1324 году получили цеховой статус. Карл IV — страстный любитель золотых и ювелирных изделий — в 1346 году повелел изготовить новую богемскую корону. В Аахене он приказал изукрасить корону германских королей и изготовить бюст Карла Великого, шедевр готического златоделия. Он повелел выставить на площадях Нюрнберга и Праги работы пражских златокузнецов вместе с мощами и даровал пражским мастерам митру св. Элигиуса, покровителя и хранителя златодел.Готика обогатила различные виды изделий из благородных металлов бюстами-реликвария-ми, выставочными сосудами-реликвариями и дароносицами. Они изготовлялись преимущественно из позолоченного серебра, имели архитектонические членения, чем достигалось ощущение большей легкости формы, а их ажурный декор украшался преимущественно просвечивающей эмалью. Особой тектонич-ностью отличаются башнеобразные реликва-рии (например, реликварий Марии и трехба-шенный реликварий в Аахене), как и дароносицы, изготовлявшиеся для процессий праздника Тела Христова, введенного в 1316 году, и для торжественного выставления Святых Даров.Форма потира сложилась независимо от самостоятельной эволюции искусства, поскольку она определялась требованиями культа. Потир, первоначально римский кубок, появился уже в раннехристианской литургии. Он имел сначала невысокий стоян и широкую чашу, всю поверхность потира украшали прочеканенный или ажурный декор и чернь. Однако в предроманскую эпоху потир предназначался уже только для священников, верхняя часть его делается гладкой и меньшей по размерам, стоян же увеличивается. Затем стоян украсился капителью, на которой в эпоху готики появились отделанные эмалью выступы для удобного пользования сосудом. Из литургических кувшинов, которые в раннехристиан
ское время представляли собою большие сосуды, в эпоху готики образовалось два маленьких кувшинчика для вина и воды, которые ставились на один поднос. Крест для процессий и хранения алтарных мощей, отделывавшийся в предроманскую эпоху поперечной кромкой с квадратом, в XIII веке завершался лилией, а в XIV квадрифолием. Поверхность также была различной. Реликварии были самой разнообразной формы. Поначалу это ларец в форме саркофага, позднее — хранилище, знаменующее заключенную в нем реликвию (голову, руку, стопу). В эпоху готики появляются реликварии в форме руки, стопы или хрустального ларчика, поддерживаемого святым. Наибольший интерес представляют реликварии в форме бюста или статуэтки святого. В эпоху готики преобладали, как правило, архитектонические дароносицы.
Предметами поклонения являлись также золотые и серебряные фигуры Христа, Девы Марии и апостолов. В большинстве своем они из дерева и лишь покрыты золотым или серебряным с частичной позолотой листом. Лица расписывались без термической обработки. Монилы, то есть застежки плащей, большей частью круглые или квадратные, украшались рельефными фигурами. В XIV веке на этой основе возникли наперсные реликварии. Язык готических форм соответствовал представлениям о церковном златоделии, и поэтому в культовом искусствие он продержался вплоть до XVII века. Лишь в первую половину XVI века в странах южнее Альп появляются ренессансные формы и украшения, прежде всего растительный декор. Правда, уже около 1492 года Георг Зельд изготовил в Аугсбурге серебряный ренессансный алтарь для Резиденции в Мюнхене. Примечательно, что и в итальянском искусстве вплоть до конца XV века сохранялись готические формы, в то время как орнаментика была уже ренес-сансной.
Светское златоделие.
От позднесредневе-кового светского золотого дела сохранилось очень немногое, несмотря на то, что в XV веке, когда изготовлялись сосуды из серебра или золоченого серебра (более дешевого и доступного материала) существовало больше светских, чем культовых изделий. Уже в XIV веке церковь перестала быть единственным заказчиком на предметы золотого дела. В XV веке города и гильдии, корпорации стрелков и братства мирян располагали большим количеством серебра. В такой же мере дворянство и бюргерство могло наилучшим образом показать свое богатство именно с помощью мастеров золотого дела.
Средоточием художественного дела стали в ту пору мастерские ремесленников, объединенных в цехи. Городской среде в большей степени отвечал абстрактный натурализм, чем идеалистическая форма высокой готики. Это ясно видно уже на примере буклированного кубка с крышкой на высоком стояне и с чеканными скругленными выпуклыми формами, возникшими благодаря технологическим особенностям той чеканки, которая исходит из разгонки металла в некую выпуклость. Эта позднеготическая система буклирования металла, которая отвечала натуралистической тенденции того времени, сохранялась на протяжении всей дальнейшей фазы развития и удержалась наряду с классическими формами ренессанса вплоть до позднего XVIII века. Натуралистическая устремленность форм привела к появлению кубков в виде винограда и ананаса, буклированность которых отражала форму названных фруктов. Прекраснейшим примером такого фруктообразного кубка является кубок-яблоко работы нюрнбергского мастера Людвига Круга между 1515—1520 годами. Созданный, вероятно, по эскизу Альбрехта Дюрера, он находится ныне в Немецком национальном музее в Нюрнберге. В XV и особенно в XVI веке наряду с драгоценными кубками появляются более скромные с крышками, на цоколе и без цоколя самых разнообразных форм: конические, серде-образные, свилеватые, буклированные и целые наборы из входящих друг в друга кубков,так называемые групповые кубки. Излюбленным свадебным подарком были так называемые двойные кубки, соединенные друг с другом краями. Гордость стола составляли солонка и настольное украшение в фантастической форме (башня, зверь, корабль и т. д.). Серебряная посуда той поры не предназначалась для ежедневного употребления. Она служила прежде всего для показа и любования или в качестве подарка. Серебро магистрата должно было свидетельствовать о силе и богатстве города, а в случае финансовой необходимости оно использовалось для чеканки монет и тому подобных целей. Лишь в торжественных случаях в ратуше или цеховой зале пили из серебряных кубков. Для этого служили прежде всего огромные кубки, так называемые потешные кубки или вилькомы. Иные достигали высоты 70—80 см, представая порою в разных необычных формах (фигуры людей, звери, башни, корабли, рога, рабочие инструменты цеха и т. д.).
Своего наибольшего расцвета позднесредне-вековое златоделие достигло в Германии, где его развитие в известной степени было связано с высоким уровнем немецкой графики. Злато-кузнец работал в непосредственном контакте с графиком, что также сделало возможным широкое применение цветной эмали. О многих граверах нам известно, что они были также златокузнецами, как, например, мастер ES и его ученики Израэль ван Мекенен, МартинШонгауэр и целый ряд других. Альбрехт Дюрер также изучал у своего отца золотое дело. Основные центры немецкого златоделия находились в Аугсбурге и, прежде всего, в Нюрнберге, который сохранял свое первенствующее положение с XV века до Тридцатилетней войны. Другими важными центрами были Прага Ягеллонова периода (бюсты-реликва-рии в соборе св. Вита), Вена, Ульм, Страсбург, Франкфурт-на-Майне и Кёльн, на севере Люнебург и Любек, на востоке — Братислава. К крупнейшим художникам, создавашим эскизы для средневековых изделий из благородных металлов, относятся Альбрехт Дюрер Старший (отец живописца А. Дюрера), Ганс Гольбейн, Людвиг Круг и Адальберт Ямницер в Праге.
РЕНЕССАНС.
Италия. Ко времени, когда в остальных странах готическому средневековью суждено было длиться еще целое столетие, итальянские философы, поэты, художники и вельможи, очарованные античной культурой, пришли на основе изучения природы к новому восприятию земного существования, связав с этим и свое искусство. При этом художественное ремесло основывалось на традициях местной и иноземной художественной истории и стало первооткрывателем нового стиля. Итальянский ренессанс естественно отдавал предпочтение ремеслам, связанным с производством предметов роскоши, — златоделию и ювелирному искусству. Золотое дело, которое концентрировалось прежде всего во Флоренции, Риме и Венеции, исходило поначалу из античной функциональной формы сосудов, однако под влиянием»* маньеризма в позднем ренессансе оказались преодоленными границы целесообразности и златоделие почти превратилось в скульптуру. Причина этого заключалась также и в том, что большинство златокузнецов были скульпторами и, наоборот, профессия златокузнеца считалась необходимой подготовкой для занятия скульптурой. К сожалению, из необозримого богатства золотых и серебряных сосудов уцелело лишь очень немногое, и в этом немногом преобладают хрустальные сосуды в золотой и серебряной оправе. В нашем распоряжении поэтому прежде всего оказываются сохранившиеся картины, изображения, гравюры и письменные документы. Значительное влияние на златоделие оказывали Микеланджело и Сансовино. Работы златокузнецов проектировались ведущими мастерами всех областей художественного дела — Вероккио, Микелоццо, Поллайоло, Франчиа, Гиберти, Гирландайо и Брунеллески, которые были квалифицированными златокузнецами. Центр тяжести их продукции приходился на культовые изделия. Самым видным злато-кузнецом итальянского ренессанса был Бенве-нуто Челлини, автор прославленного произведения итальянского златоделия XVI века солонки с аллегорическими фигурами Моря (Нептун) и Земли (Кибела), которую Челлини изготовил в 1543 году для французского короля Франциска I (ныне в Музее истории искусств в Вене). Бенвенуто Челлини написал автобиографию и трактат об искусстве златоделия, в котором он ссылается на всех современных ему мастеров.Солонка Челлини явт-. 1ется типичным примером того, как в позднем ренессансе функциональная форма заслонялась фигурными украшениями, что во второй половине XVI века привело к некоему синтезу деятельности златокузнеца, ювелира и эмальера. Агат, яшма, лазурит, равно как хрусталь и эмаль, соперничают с золотом и серебром, усиливая внешний эффект произведения. Не случайно около 1500 года в Венеции возродилось эмальерное искусство (эмаль-чернь), что имело следствием возрождение эмальерного дела во французском Лиможе.
Страны севернее Альп.
От французского златоделия, которое в XVI веке испытало влияние Бенвенуто Челлини во время его двукратного пребывания при королевском дворе в Париже, не сохранилось почти никаких изделий, равно как и от нидерландского, которое сначала само испытало итальянское влияние, а затем возымело огромное значение для остальных европейских златокузнецов XVI века. Серебряный, отделанный разноцветной эмалью кувшин и блюдо с изображением покорения Туниса—антверпенская работа 1535 года считаются до сих пор наиболее примечательными экспонатами Лувра. О великолепных изделиях златокузнецов той поры более всего говорят нам нидерландские натюрморты. Златоделие вступило тогда на севере Европы в самый полнокровный период свего развития. Сосуды и драгоценности становятся репрезентативными предметами для аристократов и бюргеров. Всевозможные сосуды, различным образом прочеканенные и убранные поверху, а также канфаренные, украшали буфеты в замках, дворцах и домах горожан. Особенно популярны были блюда, украшавшиеся чеканными ренессансными узорами и сценами из античной мифологии. К крупнейшим нидерландским художникам, создававшим эскизы для изделий из благородных металлов, причисляют Яна Вредемана де Врис, Пауля ван Вианена, Теодора де Брей и Хенрика Гольциуса. Итальянский ренессанс также достиг Нюрнберга и Аугсбурга, и как раз златоделие оказалось первым художественным ремеслом, в которых проявил себя новый стиль. Прежде всего ренессанс нашел воплощение в бандель-верке с гротесками и мавресками, образцами для которых служила оригинальная гравюра малых нюрнбержцев школы Дюрера (Вирги-
лий Золис, Альбрехт Альтдофер, Генрих Аль-дегревер, братья Бартель и Ганс Вехам). Не зная античного фольклора, немецкие злато-кузнецы связывали итальянский орнамент с библейскими мотивами. Исчезли столь популярные ранее жития святых, и на их место заступили истории чисто человеческого и новеллистического содержания: Блудный сын, Сусанна и старцы, Юдифь, Эсфирь, Давид и Вирсавия. Часто встречаются Страсти и изображения четырех евангелистов. Вместе с античными орнаментами, особенно в связи с гротесками, появляются крылатые львы, сфинксы и химеры, часто в сопоставлении с персонажами немецких сказок (карлики и русалки) и со звериной геральдикой. Лишь с середины XVI века итальянский ренессанс стал определять также и формы сосудов. Типичными являются приборы для умывания (лавабо), кувшины и лохани для мытья рук после еды, вазы, подносы, чаши с крышками, солонки, настольные украшения и ряд кубков с крышками, которые в конце XVI века приобрели форму чаши на высоком стояне. Очень распространены и популярны были шутейные сосуды для питья самой разной формы («ветряная мельница», «Дева», и, например, «Ган-сель в погребке» нюрнбержца Каспара Вид-мана, в форме зверей, птиц и тому подобного). Но огромное распространение прежде всего получили гладкие и граненые пивные кружки и стаканчики в виде наперстка работы нюрн-бержа Элиаса Ленкера.
Во второй четверти XVI века большое влияние на среднеевропейское златоделие оказал нюрнбергский орнаменталист Петер Флётнер, соавтор Мельхиора Байера по алтарю в Краковском соборе (1538). Для него типичны мавританская орнаментика и рольверк, но также, аллегории и путти, которые встречались еще в изделиях XVII века. Его плакетки с аллегорическими и мифологическими мотивами производились целыми сериями, используясь также для украшения колоколов (сегодня нам известны 137 типов флётнеровских плакеток). Эти плакетки отливали златокузнецы или использовали их в оригинале при чеканке своего материала, особенно на днищах чаш с ножкой. Наряду с орнаментальной гравюрой, образцами для златокузнеца служили модели из дерева и жира и свинцовые отливки деталей и плакеток.
Великим немецким златокузнецом XVI века был Венцель Ямницер, родившийся в 1508 году в Вене, где он первоначально работал. В 1534 году он поселился в Нюрнберге, где в 1584 году и умер. Здесь он основал большую мастерскую с группой мастеров, в число которых входил его брат Адальберт, работавших под его началом. Ои был членом Городского Совета и придворным златокузнецом императора Рудольфа II, императора Фердинанда I и эрцгерцога Фердинанда Тирольского. Венцель Ямницер, называемый сегодня «немецким Челлини», одновременно был мастером рисунка и выдающимся ученым. Он написал учебники по физике и математике и изготовил прибор для изучения перспективы. Он посвящал себя изучению античности и истории европейского искусства, возобновил эмалировки на стекле, травление серебра, создавал штампы и печати. Все его знания и необычайная способность художественного видения воплощены в его неповторимых творениях, которые как с художественной, так и с технической стороны представляют собою вершину немецкого златоделия. Так, он создал кубок-аклей, буклированный кубок, чаша которого имеет форму цветка водосбора. Все произведения Ямницера, из которых нам известны пока что 26 (например, знаменитые настольные фонтаны, парадные кувшины и кубки, ларцы для хранения драгоценностей, пис-чии приборы и чернильницы) отличаются виртуозным исполнением, переменчивой игрой золота и серебра, эмали и лаковых красок, усыпаны драгоценностями и насыщены натуралистически трактованными мотивами, заимствованными из мира природы (прежде всего мастерски формованными зверями и жуками). Это были предметы, сплошь предназначавшиеся для кунсткамер и кладовых чудес, вроде знаменитого Эрнестинского виль-кома (ныне в Готе) 1540 года или Меркельско-го настольного украшения 1549 года (ныне в Париже).
Богатейшую сокровищницу златоделия имел в Пражском Граде император Рудольф II, двор которого около 1600 года был центром европейского златоделия. Для него работали такие великие мастера, как Венцель и Кристоф Ямницеры, Николаус Шмидт из Нюрнберга, Кристоф Ленкер из Аугсбурга. Придворным златокузнецом был Антон Швейнбергер, а с 1603 года знаменитый нидерландец Пауль ван Вианен из Утрехта, который учился в Риме и во Флоренции.
Идеалом этого времени, в котором искусство ренессанса достигло полноты во внешнем выражении, а также внутреннем (со стороны стиля и образности) — было «редкостное и замысловатое». Фантастичность форм и декора отвечала экзальтации духа и требованию новизны. Все меньше и меньше удовлетворяло повторение ренессансных схем, и в злато-делии это нашло преимущественное выражении. Поэтому в сферу чистого златоделия стало проникать ювелирное искусство, шлифование и полировка дерева и драгоценных камней; иноземные диковины стали монтироваться в золото и серебро: кубки-наутилусы, кубки из кокосового ореха и страусового яйца, сосуды с применением кораллов и благородных камней, хрусталя, перламутра и жемчуга,
равно как античных камей, монет и плакеток. Этим златоделие отвечало требованиям популярных в те времена камер курьёзов и античных кабинетов.
Вершиной немецкого позднеренессансного златоделия является знаменитая, изготовленная в 1602 году в Праге императорская корона Рудольфа II, которая поражает не только своей эффектной ювелирной отделкой, но также прекрасными, чеканными в золоте рельефными украшениями. Другим выдающимся примером является «померанская шкатулка», изготовленная в 1617 году в Аугс-бурге под руководством Филиппа Хайнхо-фера.
БАРОККО И РОКОКО.
Культовое златоделие. Во времена контрреформации, когда стремились воздействовать на сознание масс пышными церковными празднествами, большое значение придавали репрезентативности, что прежде всего сказалось в златоделии. Королевские дворы, аристократы и богатые горожане щедро одаривали церкви и монастыри, демонстрируя свое благочестие. Барокко стиль католицизма был искусством иллюзии; видимость движения и драгоценности определяли облик всего творения. Архитектонически трактовавшиеся до сих пор дароносицы приобрели форму солнца с наложенной на нее чеканной барочной орнаментикой цветами, фигурами, эмалью и разноцветными, преимущественно искуственными камнями. Лучеобразными также стали релик-варии. Одновременно все более и более пышное оформление приобретали потиры и дарохранительницы, главным образом из золоченого серебра, но также из чистого золота или только из меди. Чаша остается гладкой, зато стоян и его верхняя корзинообразная часть обильно украшаются, а в дарохранительницах также и крышки. Декор чеканный, ажурный и филигранный, часто дополненный цветными камнями и медальонами с эмалью. В Богемии в конце XVII века потиры покрывались филигранью из серебра и богемскими гранатами.
С развитием барокко орнаментика становится богаче, и работа многих златокузнецов вследствие этого все более усложняется. Оклады служебников, молитвенников и псалтирей, равно как епископские жезлы и запоны плащей, также делаются из чеканного листового серебра или снабжаются застежками и наугольниками из облагороженного металла. В XVIII веке были популярны серебряные оклады с ажурным декором, подложенные цветным шелком, или бархатные оклады с серебряными накладками и застежками. Возникла новая типичная форма алтарного подсвечника, который поднимается из широкого, трехгранного основания, покоящегося на трех шарах. На алтарях часто ставились в несколько рядов подсвечники разной величины. Из серебра делались чеканные антепендиумы, а также целые алтари и гробницы с фигурами, часто в натуральную величину (например алтарь в паломнической церкви Святой Горы близ Пршибрама; саркофаг св. Иоанна Непо-мука в соборе св. Вита в Праге). Светское златоделие. Ведущее положение в златоделии, как и в живописи, сохраняли вплоть до конца XVII век- Нидерланды. Самыми известными мастерами здесь были Адам ван Вианен из Утрехта, создатель кнор-пеля, Иоганн Лутма в Амстердаме и Гербранд ван де Экхоут, ученик Рембрандта. Их сохранившиеся работы находятся ныне в Рейке-музее в Амстердаме.
Излюбленнейшими предметами в XVII веке остаются блюда на подставке, которые в Голландии изготовлялись в большом количестве. Они использовались под печенье, сладости или фрукты и бывали также дорогим подарком. Основной же продукцией златоделия были парадные кувшины и лохани, которые становятся теперь довольно объемистыми и тяжеловесными. Появились также шлемо- и грушевидные формы, которые продержались вплоть до XVIII века. Шедеврами являются голландские кубки с чрезвычайно тонко прорисованным фигурным декором. Все еще оставались популярными мифологические и аллегорические сцены, в которых часто изображались толстощекие младенцы в духе Рубенса; встречались также библейские сцены и жанровые изображения, вставленные в кнорпель. В середине XVII века в качестве противовеса отвлеченному декору появились позднеренессансные мотивы натуралистически трактованных цветов, которые после 1650 года распространяются по всей Европе. Германия. Нидерландское влияние проникло сюда уже в конце XVI века, однако Тридцатилетняя война именно златоделию нанесла большой урон. Лишь после Вестфальского мира (1648) на передний план выступают Нюрнберг и Аугсбург, а на севере Германии — незатронутый войной Гамбург. Отсюда серебро экспортировалось в прибалтийские провинции и в Швецию, где оно сильно влияло на местную аналогичную продукцию. Популярными становятся тяжелые цилиндрические или конические стопы с откидной крышкой, вся поверхность которых заполнялась чеканным или литым декором. В последнюю четверть XVII века первоначально плоские днища стоп закругляются и устанавливаются на трех шарах. Шарообразными ножками снабжены также кубки с нарезанным или гравированным украшением. В конце этого столетия возникла также новая форма фляжек, так называемые паломничьи фляжки с шарообразным ту ловом и высоким горлом,равно как более компактные, завинчивающиеся фляжки первоначально аптечная посуда.
Зенитом для серебра был XVIII век. Именно серебро было популярнейшим материалом этой гедонистической эпохи, отвечая любви к пышности, характерной для придворного стиля жизни. Правда, питейные сосуды и наборы делались из стекла, но столовая посуда (иногда в 3000 предметов) — из серебра. Столовый сервиз состоял из ряда суповых мисок, тарелок, блюд, подносов, соусниц, солонок, сосудов для пряностей, наборов для уксуса и масла, сосудцев для горчицы, винных ведерец, принадлежностей всякого рода, настольных украшений, фонтанов и пр. Изготовлялись специальные сервизы для путешествий и охоты. Из серебра делали подсвечники, жирандоли и зеркальные бра, рамы зеркал, каминные приборы, часы, письменные и туалетные наборы, табакерки, набалдашники для тростей и рукоятки солнечных зонтов, а равно и мебель. Значительное обогащение форм вызвали новые напитки: чай, кофе и шоколад. Появился ряд кувшинов и кувшинчиков, сахарниц, корзиночек для печенья и т. д.
Франция. Она играла ведущую роль во всем художественном деле этого столетия. Двор Людовика XIV стал образцом для всех остальных европейских дворов. Ведущие парижские художники, например, архитектор Жан Лепотр и Жан Верен, создатель орнамента из листьев и бандельверка, издали многие свои златодельные работы и эскизы к ним в гравюрах, которыми они наводнили всю Европу. Самым знаменитым златокузнецом был Клод Баллен- Он исполнял большие работы для церквей и Версальского двора, и прежде всего, большие блюда и вазы с рельефом и пластическим фигурным декором, а также серебряную мебель с украшениями на тему «Рейс-викский мир».
Внушительные формы конца XVII века вплоть до 1710 года обильно украшались побегами аканта, по краям жемчужником и полосой или насечкой. Излюбленным было сочетание серебра с живописью на эмали. Особенно крупные предметы и столовые приборы отливались по глиняным и восковым формам и отделывались, причем декор часто подчеркивался с помощью гравировки. Серебряные же фигуры выполнялись, как и м средние века, техникой «Аи coquille», то есть серебряный лист набивался на твердое основание, которому придавалась форма желаемого образца.
Между 1715-ым и 1735 годом появляется новый орнамент бандельверк. Сосуды приобретают элегантность, становятся выше, слегка выпуклыми, а края чаш зазубриваются. Бандельверк используется скупо, а более частым украшением являются медальоны. Самым влиятельным художником того времени был Жюст-Орель Мейссонье, златокуз-нец и архитектор, создавший 1200 проектов. Ведущим французским златокузнецом был Пьер Жермен.
Самое большое количество изделий из серебра было изготовлено в эпоху рококо между 1735—1770 годами при короле ЛюдoвикeXV. Придворными златокузнецами были Тома Жермен и его сын Франсуа. У изделий волнистая поверхнссгь, покрытая игривым декором с мотивом раковины (рокайль). Кувшины и суповые миски подвергнуты спиралеобразной гофрировке, края мисок дугообразно изогнуты. В 1760-е годы ручки сосудов формуются в виде пластических цветов или фруктов и соответственно рокайльный орнамент соединяется с плетением цветов или фруктов. Вершину златоделия этого и последующего времени представляет галантная мелкая утварь табакерки, баночки, набалдашники, швейные принадлежности, флаконы и т. д. Особым вниманием пользовались табакерки, служившие подарками. Цена этих драгоценных безделиц (называемых Bibelot) была необыкновенно высока. Конец XVIII века. Основным центром златоделия становится Аугсбург, который находился под полным влиянием Франции. В нем производилось много изделий из серебра, которые вывозились в Европу, особенно в Россию. В Аугсбург, где в 1696 году было приблизительно 190, а в 1740 году уже 275 злато-кузнецов, приглашались самые знаменитые мастера со всей Германии, вроде Элиаса Адама из Цильхау, Соломона Дрейера из Эльбинга и Берггарда Генриха Вейге из Оснабрюкка. Кроме того, здесь постоянно проживали целые династии златокузнецов: семьи Тело, Биллер, Буш, Мейтнахт и Пфеффенхаузер. Наиболее знаменитой была семья Дрентветт, которая работала с первой половины XVII до начала XVIII века.
Другие важные центры барочного златоделия находились в Вене, Праге, Хебе, Дрездене, Граце, Брно, Оломоуце и Опаве. Рококо держалось в этих центрах вплоть до конца третьей четверти XVII века, тогда как Франция уже вскоре после середины этого столетия стала обращаться к чисто классическим формам. При Людовике XVI эти формы определяли уже все искусство. Придворными златокузнецами были Франсуа-Тома Жермен, последний из семьи прославленных парижских златокузнецов, и вслед за ним Робер-Жозеф Огюст; они работали по гравюрам де ла Фосса, Лалонда, Форти и Са-лембье. Образцами служили античные сосуды, найденные в Геркулануме и Помпеях. Классические формы сосудов украшались гирляндами, фестонами, переплетенными лентами,
штобверком, львиными головами, маскарона-ми, розетками и другими орнаментальными мотивами, заимствованными из античности. Во время французской революции 1789 года значительная часть французского серебра была уничтожена, и тогда же плакированные серебром товары из Англии стали вытеснять кустарное производство златокузнецов. Требовались простота и дешевизна. Чеканка исчезла и была заменена прессовкой или штамповкой по английскому образцу. В Германии, где классицизм проявился лишь около 1780 года, также завершился период расцвета немецкого златоделия.
Англия. Здесь златоделие имеет своеобразную историю. В Англии с самого начала Нового времени использовалось и собиралось старое серебро, так что многое сохранилось еще и поныне. Богатство страны, нажитое заморской торговлей и не подорванное войнами, привлекало мастеров Западной Европы. Многие из них прибыли из Франции, особенно после отмены Нантского эдикта (1685). Самыми значительными центрами златоделия были Лондон, Бирмингем и Шеффилд, затем Йорк, Эксетер, Честер, Ньюкасл, в Шотландии Эдинбург, Глазго и Данди, в Ирландии — Дублин и Корк.
К лучшим произведениям английского златоделия принадлежит серебро королевы Анны 1689—1727 годов. Оно впечатляет своей простотою и благородством форм. Единственное украшение образуют годронированные края, хотя под влиянием переселившихся французских мастеров также применялся акантовый декор по образцу Лепотра. Излюблен-нейшим украшением элегантных гладких форм были выгравированные гербы или инициалы владельцев.
Ближе всего к континентальному серебру подходит в стилевом отношении среднегеор-гианское серебро (1727—1760). Представителем этого стиля был знаменитый Поль де Ламер — «Ямницер XVIII века», произведения которого украшены рокайлей. Наряду с этим продолжали сохраняться гладкие, простые формы, которые отвечали умеренному характеру английского быта. Популярны были сыпные табакерки, ажурные корзиночки и блюда для печений. Адамово серебро 1771—1800 годов получило свое название по имени архитектора Роберта Адама, который, следуя образцу античных урн, проектировал удлиненные вазы с крышками, чайные коробочки, кувшины, блюда и суповые миски. Типичными являются подсвечники на четырехугольном основании, с вазообразным свечником для свечи. Эти подсвечники изготовлялись преимущественно в Шеффилде. Классицизм много больше соответствовал английскому чувству формы и оказал значительное влияние на континен-
тальное златоделие, особенно в скандинавских странах и в Португалии.
ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ВЕК.
В конце XVIII века Шеффилд и Бирмингем затопили рынок дешевым фабричного производства плакированным товаром. Однако упадок художественного златоделия был еще раз задержан в начале XIX века. Это было время Империи, в Англии регентсва (1800—1830). Претенциозный церемониал двора Наполеона (империя была провозглашена в 1804 году) потребовал и более импозантных изделий из благородных металлов. Следствием этого было повышение уровня златоделия не только во Франции, но и в остальной Европе. Образцом служило искусство императорского Рима. Изделия златокузнецов стали массивнее и велеречивее. Раскопки, производившиеся во времена Наполеона в Египте, также послужили источником новых вдохновений. Ведущими мастерами были Жан-Батист-Клод Одио, Мартен-Гильом Бьенне и Робер-Жозеф Огюст. Проекты для златокузнецов выполняли прежде всего императорские архитекторы Персье и Фонтен. Бьеннэ специализировался главным образом на дорожных и туалетных несессерах, Одио же и Огюст на столовых приборах. Многие изделия из благородных металлов той поры обязаны своим возникновением историческим событиям. Известны, например, Трафальгарские вазы в Музее Виктории и Альберта в Лондоне, изготовленные после Трафальгарского сражения (1805) в качестве подношения адмиралам. С реставрацией Бурбонов антикизирующие элементы исчезли, появились первые признаки романтизма и одновременно стали воспроизводиться стили прошлого. В 1830-е годы, когда буржуазия тоже пожелала представительствовать и демонстрировать свое богатство, появилось второе рококо. Образцом послужило искусство феодального рококо XVIII века, формы и декор которого были переработаны в новый, внешне более пышный стиль. Из Франции он быстро проник в Англию, Германию и главным образом в Вену, которая еще в начале XIX века превратилась в значительный центр златоделия, основы чего были заложены в XVIII веке, прежде всего, благодаря семье Вюрт. Венскую столовую посуду в стиле второго рококо можно было встретить по всей центральной Европе. Однако вместе с этим периодом завершилась и тысячелетней древности история ремесленной обработки золота и серебра. Во второй половине XIX века в результате введения гальванопластики и прессовки рынок оказался затоплен дешевой псевдостильной продукцией и лишь в отдельных случаях появлялись произведения художественного достоинства, созданные по проектам ведущих архи-текторов и скульпторов. Только около 1900 года произошло временное оживление художественного тюрчества в этой области. В изделиях из серебра той поры обнаруживается влияние югеьдстиля, основным носителем которого была тогдашняя живопись. Его характерным признаком является производный от японского искусства натурализм, особенно проступающий в декоративных мотивах цветов.
